В эти дни 25 лет назад в Москве совершались события, которые положили, как мне тогда казалось, конец “советскому” государству. Советский я беру в кавычки. С июня 1918 г. советской власти в России уже не было. Это была стопроцентная коммунистическая диктатура с ширмой из системы абсолютно безвластных советов. Но всё же, формально советы кончились именно в эти дни четверть века назад.

1993

Теперь я вижу, что корни коммунистической диктатуры пронизали наше общество намного глубже, чем всем нам казалось и тогда, и вообще в первые 10-15 лет новой власти. Пока тоталитарное по духу сознание не только не удалось искоренить, но в президентстве г-на Путина оно дало страшный и губительный для множества людей и самой страны рецидив.
И всё же, чтобы мы могли вновь пройти день за днём то, воистину судьбоносное время, я предлагаю соответствующий раздел из третьего тома “Истории России. ХХ век” в последней редакции (измененной в сравнении с публикацией 2017 г.). Это – первая половина раздела 6.1.4.

Зубов История России XX век

Остается добавить только одно. Тем советником вице-премьера правительства Москвы профессора Александра Павловича Брагинского был я. Я пытался вызволить его из плена, я выслушивал из его уст рассказы о пребывании в подвалах Белого дома столь страшные, что пока не решаюсь доверить их публичному обсуждению. Я прекрасно помню ту, пустую, как вымершую, Москву в ночь на 4 октября 1993, когда на персональной “волге” с рацией вице-премьера ездил в инстанции церковные и светские, прося о заступничестве и освобождении, и всюду получал грубый отказ от сторонников “советской власти”. Я помню как три моих маленьких ребенка и жена прощались со мной, когда я уезжал. Моя жена, казачка, провожала меня как на смерть. Сейчас это звучит пафосно, но в ту ночь было не до пафоса.

А потом я стал крестным отцом Александра Брагинского, поддерживал его, создавал с ним вместе парламентскую партию “Союз 12 декабря” – первую партию, объявившую правопреемство с докоммунистической Россией своей целью.
Но тяжкая болезнь и мучительная смерть Александра Павловича помешали всему этому стать частью политической повестки той России.

Александр Павлович Брагинский

На фото Александр Павлович Брагинский

За прошедшие 25 лет я многое понял и многому научился, но те цели не оставил, а считаю их священным залогом будущего нашей страны и передаю детям.
Однако, довольно о себе. Вот текст из книги.

Августовская революция и последовавшие за ней радикальные реформы вызвали к жизни широкую политическую оппозицию. Во главе нее выступила законодательная власть в лице Верховного Совета и Съезда народных депутатов РСФСР. В предшествующие полтора года в деятельности Верховного Совета и Съезда главными были вопросы борьбы за суверенитет России, введение поста президента, ограничение влияния КПСС. При такой повестке большинство депутатов поддерживали Ельцина. К концу 1991 г. все эти вопросы были решены и теперь на главное место в повестке законодательной власти выдвинулись вопросы радикальной экономической реформы, а также соотношения прерогатив законодательной и исполнительной власти. В результате большая часть прежних сторонников Ельцина во главе с Председателем Верховного совета Русланом Хасбулатовым, перешла в ряды противников правительства, сомкнувшись с противниками «Демократической России» 1990-1991 гг. и составив с ними большинство в законодательной власти. Голосования на Съезде народных депутатов в 1992 г. показывают, что только 240 депутатов так или иначе поддерживали правительство, около 570 голосовали против радикальных экономических реформ, около 230 занимали промежуточную позицию.
В феврале 1992 г. в оппозицию Президенту встал вицепрезидент Александр Руцкой, прежде член одной из коммунистических фракций, поддержавших Ельцина – Демократической партии коммунистов России.
В первые месяцы 1992 г. Гайдару удалось освободить большую часть цен и удержать бюджет без дефицита, но дальнейшая либерализация цен, от которой могли пострадать лобби аграриев и энергетиков, была объявлена «экономическим геноцидом русского народа» и остановлена. А подчиненный Верховному Совету Центробанк стал щедро раздавать кредиты, в том числе бывшим советским республикам, ускоряя тем самым инфляцию.
Чтобы провести через Верховный Совет законы о приватизации, Ельцин пошел на уступки. В мае он ввел в правительство по одному представителю от топливного и военно-промышленного комплексов, согласился на процедуру приватизации, формально дающую преимущества работникам («фабрики – рабочим!»), а по существу – директорам предприятий. Используя свой личный авторитет, Ельцин добился принятия компромиссного варианта приватизации 3 июля 1992. Это был последний акт сотрудничества Верховного совета с правительством.
Действуя на основании особых полномочий, данных ему Верховным советом в ноябре 1991 г., Ельцин мог один год издавать имеющие силу закона указы. Но когда срок этих полномочий истек, лобовое столкновение с Верховным Советом стало неизбежным. Депутаты потребовали отставки Гайдара, и 14 декабря 1992 г. 36-летнего Гайдара на посту премьера сменил 54-летний Виктор Степанович Черномырдин, бывший при Горбачеве министром нефтяной и газовой промышленности СССР. После выдвижения Черномырдина и создания фактически коалиционного правительства реформаторов и умеренных антиреформаторов, никакой речи о «шоковой терапии» быть не могло.
Ухудшение экономического положения усиливало недовольство правительством. В октябре 1992 разноликая оппозиция объединилась во Фронт национального спасения (ФНС). В феврале 1993 прошел «восстановительный съезд» Коммунистической партии Российской Федерации (КПРФ). Её возглавил Геннадий Зюганов, призвавший к борьбе с «антинародным режимом Ельцина» (в прежние времена антикоммунисты называли советский режим антинародным).
Спор с народными депутатами теперь разгорелся не только по вопросу экономической политики, но и по вопросу об основах власти. Верховный совет и стоявший над ним Съезд народных депутатов считали себя высшей и неограниченной властью в стране. Повторяя всё время лозунг октябрьского переворота 1917 года – «Вся власть советам!», они то и дело изменяли старую советскую конституцию РСФСР 1978 года и, в частности, внесли туда ряд поправок, ограничивающих полномочия Президента. При этом Верховный совет прочно заблокировал принятие новой Конституции. Президент же опирался на тот факт, что он был единственной свободно избранной народом и потому подлинно законной властью. Отказ от объявления в августе-сентябре 1991 г. коммунистического периода незаконным, и, следовательно, от выборов в новое некоммунистическое законодательное собрание (скажем, в V Государственную Думу), теперь завел Россию в тупик – диалог советской власти с Президентом антикоммунистом не мог быть созидательным.
Ельцин видел способ разрешения конфликта между Президентом и Верховным советом в вынесении принципиальных вопросов российской политики на всенародный референдум. Он был уверен, что, несмотря на жизненные трудности, большинство граждан не желают возвращения в советское «вчера».

Снесённый памятник Ленину

Депутаты наложили вето на проект референдума, пытаясь, как и прежде, опираться на старую конституцию. Тогда 20 марта президент собственным указом назначил на 25 апреля общенародный референдум о доверии Президенту, а также по вопросу о проекте новой конституции. Депутаты в ответ попытались подвергнуть президента импичменту (отстранение от власти за злоупотребление ею), но, потерпев неудачу, согласились провести референдум с формулировкой вопросов, утвержденных законодательной ветвью. На голосование были поставлены вопросы о доверии президенту лично, о доверии его социально-экономической политике, о необходимости досрочных выборов президента и досрочных выборов народных депутатов. Все каналы телевидения вдалбливали избирателями «ДА-ДА-НЕТ-ДА».
Люди, однако, проголосовали «Да», «Да», «Нет», «Нет». В голосовании участвовали 64,2 % избирателей, из которых 58,7% выразили доверие президенту, а 53% – его социально-экономической политике. Референдум отклонил идею досрочных перевыборов и президента, и законодателей. Только 31,7% были за его досрочные выборы и 43,1% за досрочные выборы народных депутатов. При этом «запас прочности» у Ельцина оказался больше, чем у его оппонентов (за досрочные перевыборы президента высказалось 34 млн. человек, а народных депутатов – 46.2 млн.).
Эти результаты не обрадовали оппозицию, и 1 мая она провела в Москве многолюдные манифестации на Садовом кольце. Произошли беспорядки. Масла в огонь подлила публикация несовместимых проектов новой конституции – президентского и советского. Верховный совет выдвинул и свой, инфляционный проект бюджета, который президент отверг. Ельцин еще в декабре 1992 г. на Съезде народных депутатов заявил, что «с таким Съездом работать невозможно», но терпел его. К роспуску Верховного Совета его призывала Демократическая Россия.
Социально-экономическая и политическая платформа Верховного совета все более смыкалась с реставрационными требованиями коммунистов и национал-коммунистов. Дальнейшее существование российского государства в рамках сохранявшегося конституционного поля было затруднительно. Любые договоренности между законодательной и исполнительной властями об его изменении были также исключены. Вопрос – вперед в некоммунистическую Россию или назад в СССР – стоял летом 1993 г. очень явственно.
21 сентября 1993 президент подписал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе», который отменял съезды народных депутатов и распускал Верховный совет. Последний обвинялся в том, что он противодействует социально-экономическим реформам, проводит обструкцию политики Президента, стремится взять на себя функции исполнительной власти вместо совета министров, стремится узурпировать и судебную власть, причем сам нарушает свой собственный регламент работы. Президентским указом назначались на 11-12 декабря 1993 г. выборы в Государственную Думу, которая должна была стать вновь, как и в 1906-1917 гг., главным институтом российского парламентаризма. Одновременно должен был состояться всенародный референдум по проекту новой конституции России.
Указ Президента, по его собственному признанию, «вошёл в формальное противоречие с действующей Конституцией и резко обострил отношения с Верховным советом». Но такое противоречие, такой разрыв конституционного преемства был совершенно естественным. Нельзя было выйти из коммунизма, оставаясь в системе созданного коммунистическим режимом закона. Также как в коммунизм русское общество было введено через совершение насилия над российским правопорядком, через его разрушение, так и из коммунизма оно могло выйти только через разрушение правопорядка коммунистического.
Указ 1400, при всех оговорках и непоследовательностях, был тараном, разрушающим советский, в основании своём порочный правопорядок, хотя формально он и подчеркивал продолжательство Российской Феде-рации от СССР и РСФСР. Опубликованный под гербом РСФСР и лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», он декларировал: «Российская Федерация — это новое государство, пришедшее на смену РСФСР в составе СССР и ставшее международно признанным продолжателем Союза ССР».
В ночь с 21 на 22 сентября Конституционный Суд признал указ № 1400 не соответствующим Конституции, что дало депутатам Верховного Совета формальное право объявить о прекращении президентских полномочий Ельцина. Той же ночью Александр Руцкой, стоя на трибуне Верховного Совета, принёс присягу в качестве исполняющего обязанности Президента РФ. Верховный совет призвал население к демонстрациям, забастовкам, другим актам неповиновения и попытался создать собственные исполнительные органы. В Белый дом собирались вооруженные боевые отряды националистов РНЕ (Русское национальное единство), Союза офицеров из Преднестровья.

Защитники Белого Дома

«Русское национальное единство» Александра Баркашова у стен Белого Дома

Здание Парламента фактически превращалось в центр военного мятежа.

Защитники Белого Дома

Вокруг Белого дома собралась толпа.

защитники Белого Дома

Защитники Белого Дома

Вожди Верховного совета – Руцкой и Хасбулатов – рассчитывали на то, что активная часть общества, испытав на себе трудности экономической реформы, пойдет за ними, что Ельцин и ДемРоссия утратили доверие народа.

Вновь, как и два года назад, в августе 1991 г., от того, за кем пойдет общество, его политически активное меньшинство, зависела судьба России. Конфликт двух ветвей власти стремительно перерос в силовую фазу. Инициативу силовых действий проявил Верховный Совет. В ночь с 23 на 24 сентября вооруженные сторонники Белого дома, в котором располагался Верховный Совет, предприняли неудачную попытку захватить штаб объединенных вооруженных сил СНГ, в результате чего пролилась первая кровь.
Делались разные попытки мирного решения конфликта. Представители регионов предлагали одновременные перевыборы президента и народных депутатов. Патриарх Алексий II в Даниловом монастыре вел переговоры с обеими сторонами. Президент предлагал депутатам выйти из Белого дома, мирно разойтись, перешедшим на сторону Президента обещали высокие посты на государственной службе, различные блага. Но большинство депутатов отказалось покинуть здание.
Тогда от Белого дома отключили все бытовые коммуникации – водопровод, электроэнергию, телефонную связь. Вокруг Белого дома были поставлены бетонные ограждения, натянута колючая проволока. Сторонники советской власти устроили несколько демонстраций в центре Москвы под красными флагами, сопровождавшихся драками и пожарами.

1993

Многолюдные митинги под трехцветными русскими флагами собирали перед зданием городской управы на Тверской и сторонники Президента.

1993Около трех часов дня в воскресенье 3 октября от Крымского моста к Белому дому по Садовому кольцу двинулась вооруженная стальными прутьями и камнями многотысячная толпа. Она легко смяла кордоны милиции и ОМОНа и разблокировала здание Верховного совета.

1993

Торжествующий Руслан Хасбулатов с балкона Белого дома, совсем как за два года до того Ельцин, обратился к толпе своих сторонников: «Я призываю наших доблестных воинов привести сейчас, сюда войска, танки для того, чтобы взять Кремль с узурпатором… Ельцин сегодня же должен быть посажен в ˝Матросскую тишину˝ (следственный изолятор – прим. отв. ред.), вся его продажная клика должна быть размещена в одиночках». Толпа приветствовала эти призывы рёвом согласия. «Над толпой повис, – как вспоминает один из участников тех событий, – один-единственный, повторяемый на десятки ладов возглас – ˝Оружия, оружия…˝»
Тогда в Белом доме, где были собраны значительные запасы оружия, депутаты приняли решение начать вооруженное наступление. Вечером 3 октября вооруженные автоматами, гранатометами, пистолетами сторонники Белого дома, среди которых немало было «гвардейцев» из Приднестровской республики и бывших «афганцев», по призыву Руцкого и генерала Альберта Макашова штурмом взяли близлежащее здание московской мэрии, захватили в плен и избили дежурного вице-премьера Московского правительства Александра Брагинского (это избиение привело его к тяжкой болезни, вызвавшей мучительную смерть). Вооруженные формирования Верховного совета также захватили здание ИТАР-ТАСС, краснопресненское УВД, организовали пулеметные гнезда на чердаках зданий в районе Новинского бульвара и двинулись, под командованием генерала Альберта Макашова, к студиям Центрального телевидения в Останкино. Грузовые машины, мчавшиеся от Белого дома по пустынной Москве в Останкино, были буквально набиты добровольцами, большей частью с огнестрельным оружием в руках. Опытные «афганцы» поучали новичков-добровольцев: «Ребята, если и дадут оружие, то всем его едва ли хватит. Но в бою автоматчика могут убить. Идите следом, только не вплотную, подбирайте. Автомат не должен молчать».

1993

В грузовике Анпилов, Константинов отправляются в Останкино

Грузовики пробили стеклянные двери телецентра в Останкино. Нападавшие бросились в здание, но хорошо подготовленные войска спецназа тут же открыли огонь на поражение. Слышались взрывы гранат, пулеметные и автоматные очереди, отрывисто хлопали пистолетные выстрелы. Бой в Останкино продолжался всю ночь с воскресенья на понедельник.

Октябрь 1993

Нападающие были хорошо вооружены. Из этого гранатомёта стреляли внутрь телецентра “Останкино”. Ночь на 4 октября 1993 года

Телепередачи были прерваны. Только РТР вещало через передатчик на Шаболовке. Потери среди нападавших были очень велики. В Москве с улиц исчезла милиция. Город был совершенно пуст.
Когда помощники арестованного Александра Брагинского смогли дозвониться в эту ночь в Данилов монастырь «духовному отцу» советских депутатов, чтобы узнать об участи вице-премьера, то сам иеромонах-духовник говорить с ними отказался, а его келейник от себя добавил – «скоро мы всех вас, жидов проклятых, перестреляем».

Армия и войска милицейского спецназа, памятуя недавние прецеденты не желали участвовать в операциях против гражданских лиц, вмешиваться в разгоравшуюся гражданскую войну. Они остались верны своему главнокомандующему – Президенту.

1993

Ельцин в эту ночь проявил железную волю – он не дал себя запугать даже перспективой кровопролития. Впрочем, его поддержали и многие москвичи, собравшиеся ночью по призыву Егора Гайдара на митинг на Тверской у здания городской управы (мэрии). Бледный Гайдар по телевизору обещал, что добровольцам будут раздавать на митинге оружие, но оружия раздавать не стали. Митинг прошел вполне мирно – демонстрация поддержки заполнила всю Тверскую улицу от Страстной до Манежной площади.
Утром в понедельник центр Москвы проснулся от грохота винтов десантных вертолетов, низко летевших над домами. По Кутузовскому проспекту к Белому дому подтягивались танки. Указом Президента в Москве было введено чрезвычайное положение. «Населению» Белого дома было предложено сложить оружие. Но защитники Верховного Совета отказались это сделать. В 11:20 утра четыре танка с Новоарбатского моста дали залп по Белому дому. Из окон Белого дома и из ранее подготовленных пулеметных и снайперских гнёзд на президентские войска обрушился ответный огонь.

1993

С крыш и чердаков вели огонь Cнайперы. Они стреляли по обеим противоборствующим сторонам видимо с целью подогреть ненависть и спровоцировать ещё большее насилие.

1993

Вскоре Белый дом горел, а пулеметные точки были подавлены. Ко второй половине дня 4 октября стрельба прекратилась – отряды спецназа «Альфа» и «Вымпел» проникли в Белый дом и вывели оттуда всех депутатов – целых и невредимых во главе с Александром Руцким и Русланом Хасбулатовым. Многие тут же были арестованы. Руцкой и Хасбулатов были препровождены в одиночные камеры Лефортовского следственного изолятора.
Число жертв этих трагических дней точно не известно, но, по разным подсчетам, погибло от 140 до 1000 человек, в том числе и среди зрителей и случайных прохожих, много сотен людей были ранены. Антипрезидентская сторона всю ответственность за трагические события возложила на исполнительную власть и персонально на президента Ельцина. Президентская сторона — на Верховный Совет и законодательную власть. Исторический смысл трагических событий в оценке сторонников Президента заключался в крушении системы советов и советской власти, которая после ухода с исторической сцены КПСС оставалась последним оплотом большевицкого строя и главным барьером на пути декоммунизации.
6 октября Борис Ельцин обратился к народу по телевидению и назвал участвовавшие в мятеже организации. В их числе был Фронт национально-го спасения, входившие в него коммунистическая «Трудовая Россия», неонацистское «Русское национальное единство». Президент сказал: «В этом черном деле сомкнулись фашисты с коммунистами, свастика с серпом и молотом».
Егор Гайдар вернулся в правительство уже в конце сентября. Сельско-хозяйственные цены были отпущены, сокращена раздача дешевых кредитов, и на следующий год инфляция уменьшилась с 18% до 4,6% в месяц. Ельцин специальным указом разрешил частную собственность на землю, но это решение позже не было утверждено законодателями. А 9 октября был издан президентский указ, упразднявший всю систему местных советов (хотя не-которые из них и имели проельцинское большинство). Это ознаменовало собой – через 76 лет – формальное окончание советской власти.

Замечания ответственного редактора:
Примечательно, что и конец Советского Союза и конец власти советов в России произошёл по их же инициативе и подобен актам самоубийства. Конца союзному государству не было бы, если бы ГКЧП не выступил против Ново-Огаревских соглашений. И расстрела сторонников Верховного Совета не было, если бы они не подняли вооруженного восстания
Расстрел этот и в России, и на Западе стали называть «расстрелом избранного народом парламента», что во всех отношениях неверно.
Во-первых, ни один народный депутат расстрелян не был. Со временем все они получили возможность продолжать политическую деятельность.
Во-вторых, весьма многие из них были избраны народом отнюдь не свободно, как Ельцин, а по-большевицки, как единственные кандидаты от КПСС.
И, в третьих, Верховный совет никак парламентом не был. Для коммунистов парламент существовал в буржуазных странах, а Советский Союз был государством нового типа, где Советы от парламента четко отличались. Они не признавали разделения властей (законодательной, исполнительной, судебной), а могли совмещать все три, то есть олицетворять собой диктатуру, и повестку дня им диктовала компартия. Когда её не стало, Верховый Совет занял позицию «Верховный совет может всё». На такой основе строить демократическое государство и настоящий парламентаризм невозможно.
Место прежней государственности должна была занять новая система, принципы которой закреплялись в проекте российской Конституции. 12 де-кабря он был вынесен на всенародный референдум.
На референдуме за конституцию проголосовало 32.9 млн. избирателей, против 23.4 млн. Конституция провозглашала Россию демократическим федеративным государством с республиканской формой правления. Страна, границы которой соответствовали большевицкой РСФСР, приняла имя исторического российского государства и стала именоваться равнозначно Россией или Российской Федерацией. Все субъекты федерации, невзирая на их название (республика, край, область, автономный округ) стали равноправны, их отношения с центром определили конституция и ранее принятые договоры о разграничении полномочий. Внутри федерации было обеспечено верховенство федеральных законов, свободное передвижение не только людей, но и товаров, услуг и финансовых средств.
Гербом новой России стал несколько изменённый старый герб Российской Империи – двуглавый орел под тремя императорскими коронами, со скипетром и державой в лапах и с гербом Москвы (св. Георгий, поражающий копьем дракона) на груди. Вместе с восстановлением имени «Государственная Дума», герб и название страны также стали ясными знаками преемства новой России со старым Российским государством. Чтобы укрепить свое положение, Ельцин осенью 1993 г. поступил также, как и в августе 1991 – он от коммунистического режима еще дальше отошел в сторону исторической докоммунистической России. Но, как и в 1991 г., он и на этот раз не прошел весь путь, а, сделав шаг-другой, остановился и дальше идти не решался, и так и не решился. Его собственное и народа коммунистическое прошлое сковывало политическую волю. Преодолевать прошлое было чрезвычайно нелегко.

От редакции. Читайте также статью Станислава Ивашковского “Может ли Народный Капитализм сделать нас богаче?”

А также смотрите фильм “Осень 1993 красно-коричневый реванш”.

 

Источники изображений: РИА НовостиBBC, Радио Свобода, dubna.ru, Ельцин-Центр.